Кризис неизбежен, но он не будет похож на предыдущий. Мнение

Президент инвесткомпании Pento Portfolio Strategies Майкл Пенто:

«С крахом Бреттон-Вудской системы доллар США окончательно освободился от привязки к золоту. Как результат, мировая валютная система избавилась от любых ограничений роста монетарной базы.

Кризис неизбежен, но он не будет похож на предыдущий. Мнение

В 1987 новоназначенный глава ФРС Алан Гринспен принял инновационные в свое время меры, благодаря которым центробанк послужил источником ликвидности для фондового рынка и финансовой системы в целом.

Впервые с момента своего появления в 1913 году ФРС не просто пришла на помощь отдельному банку, не просто попыталась создать стимулы для экономического роста. Гринспен дал понять, что сейчас центробанк занимается непосредственной поддержкой фондового рынка.

Рецессии полезны тем, что избавляют экономику от непроизводительных инвестиций. Однако благодаря системной и деструктивной практике искусственного сдерживания процентных ставок центробанки создали условия для масштабного и неэффективного размещения капитала. Это привело к беспрецедентным долгам и огромным пузырям активов.

Беспрецедентный рост долгов домохозяйств и чрезмерно раздутый фондовый рынок делают экономику чрезвычайно уязвимой. Даже небольшое сокращение ВВП может быстро спровоцировать настоящую снежную лавину дефолтов и экономического хаоса.»


Экономист хедж-фонда Tressis Даниэль Лакалль:

«Власть, когда-то принадлежавшая свободным рынкам, оказалась полностью узурпирована правительствами и центробанками. Правда в том, что Уолл-стрит очень мало заботится о прибылях компаний и экономике, а вместо этого полностью сосредоточена на каждом слове, исходящем из уст руководства центрального банка.

Одним из главных факторов, служащих причиной развития финансового кризиса, является так называемая политика спроса, побуждающая инвесторов полагать, что риска нет, благодаря «подушке» правительства и центрального банка. Из-за этого большинство активов воспринимаются как безрисковые или защищенные.

К основным непосредственным триггерам кризиса относится суверенный долг, на фоне которого аномально низкая доходность правительственных облигаций сдерживается политикой центральных банков. Последняя сродни эффекту плацебо. Однако в конечном итоге этот эффект исчезает, а потери накапливаются. Ситуацию усугубляет и то, что масштабные последствия действий центробанков значительно затрудняют анализ возможных потерь.

Распространилась уверенность в том, что денежно-кредитная политика была крайне эффективной, рост — устойчивым и общим, а увеличение долга — лишь побочным эффектом, но отнюдь не глобальной проблемой. Это привело к пагубной самонадеянности и увеличило дисбалансы. Кризис 2007 года разразился потому, что в 2005 и 2006 годах даже самые осторожные инвесторы увлеклись рисковыми финансовыми инструментами.

Кризис неизбежен, но он не будет похож на предыдущий. Финансовая инфекция будет распространяться намного медленнее, поскольку падения Lehman были извлечены определенные уроки. Сейчас существуют более сильные механизмы, позволяющие избежать масштабного эффекта домино в банковской системе.

Проблему следующего кризиса многие будут видеть лишь на поверхности, в симптомах (как в случае с банкротством Lehman Brothers). Однако настоящей его причиной будет агрессивная монетарная политика, «поощряющая принятие рисков и наказывающая благоразумие».

Сложной проблемой является то, что следующий кризис настигнет центробанки беззащитными: «без инструментов, позволяющих замаскировать структурные проблемы ликвидности». Кроме того, ситуацию сильно усложняет рекордный объем глобального долга.»